— А, Пауль! Проходи-проходи, конечно. Хочешь чего-нибудь выпить? — Савойн Листер в своей обычной манере, уже изрядно утомившей почти всех, встретил молодого мага широко распахнутыми объятьями.
— Нет, спасибо большое. Я по делу.
— А, ну тогда ладно. Ты последнее время совсем не приходишь ко мне просто так. Старика это огорчает, — лицо Пауля скривилось, словно он целиком зажевал лимон.
— Это ведь вы назначили меня преподавателем сразу двух предметов, господин. Так что теперь не жалуйтесь.
— Хех… ладно-ладно, признаю, грешен. Но ты же знаешь, что наша дорогая Роам в декретном отпуске, а специально искать ей замену на год — это полный идиотизм, — эту фразу, слово в слово, молодой человек слышал уже, наверное, в двадцатый раз.
— Да-да, а я единственный преподаватель, достаточно разбирающийся в трансформациях… мы это уже обсуждали и я согласился. Так что давайте перейдем к делу более важному, чем наши с вами чаевничания.
— Хорошо. Внимательно слушаю вас, Пауль Шинил, — старик, наконец, уселся за свой стол и с максимально невинным видом поднес к губам чашку с дымящимся напитком.
— Мне пришло письмо от семьи Морфеев.
— Кха…! — Добрая треть чашки оказалась на столе. В душе Пауль громко расхохотался. Но показывать высшему магу свое злорадство не посмел.
— Мальчик ни с того ни с сего загорелся идеей поступления в магическую академию, — собрав магией капельки влаги и отправив в открытое окно, Савойн отставил чашку и впервые серьезно посмотрел на молодого гостя.
— Серьезно? Сколько ему? Девять?
— Будет к началу занятий в следующем году.
— А как же школа? Я понимаю, его начальное образование было на дому из-за болезни, но он же сам смог побороть этот недостаток. Почему вдруг такой скачок насквозь через четыре года?
— Его отец пишет, что ребенок смог ответить на все вопросы материала среднего образования и даже больше. С такой душой глупо было бы рассчитывать, что он не гений. Тело подкачало, но на разуме это, слава Свету, не сказалось.
— Да уж… не сказалось, — бурчание ректора едва можно было расслышать.
— Что-то не так, господин?
— Нет-нет, все в порядке. Просто кое-что вспомнилось. Ответил на все вопросы, говоришь?
— История, арифметика, литература, теория магии — все, — Пауль сам не до конца верил в эту информацию, но Морфеи не стали бы писать просто так.
— Занимательно. В восемь лет… был бы он стихийником — это было бы величайшим событием в Кристории с момента ее основания. Ты только представь, сколько такой человек смог бы прожить, сколько нового в магии открыть! Эх…
— Но вы же сами говорили…
— Говорил! И от своих слов я не отказываюсь: псионика может показать нечто выдающееся. Но я-то стихийный маг и любые достижения псионики для меня лично не имеют ценности… Короче! Нельзя старику помечтать? — Савойн сложил руки на груди и скорчил обиженную мину. Молодой маг благополучно это проигнорировал: уже знал, что поддаваться на такое нельзя ни в коем случае.
— Так что будем делать? — Вздохнув, старик снова стал серьезен.
— Что что? Он должен учиться у меня, этот не обсуждается. На этом настоял король, это в интересах страны да и я не прощу себе, если ребенок с неопределимым потенциалом будет чьим-то чужим студентом.
— Морфеи бы хотели, чтобы он учился вместе с сестрой. Она в этом году как раз оканчивает среднее образование.
Пару секунд в почти пустом кабинете: только стол, шкаф и пара кресел — висела тишина. Савойн обдумывал варианты. Когда было нужно, Пауль это прекрасно знал, старик мог быть предельно сосредоточенным. Но, похоже, что однозначного решения принять у высшего мага не получилось.
— Что по магии?
— Три родства, средне-высокий или около того, — лоб Савойна разгладился, он явно предполагал что-то куда худшее.
— Ну это же отлично! Я таким студентам рад. Пусть звездой она у нас не будет, но это и неплохо.
— Согласен.
— Остался только один вопрос: оставить ли выбор академии на них или как-то подтолкнуть… — Пауль знал эту улыбочку.
— Вы опять?
— Что? — оставалось только закатить глаза и промолчать.
— А… ничего. Все равно ведь сделаете, как решите, что я распинаюсь…
— Именно! А ты, оказывается, умный парень, Пауль.
— Спасибо… — чувство лимонной цедры во рту вернулось, даже несмотря на то, что старик явно шутил.
— Это вся официальная часть?
— Да.
— Может тогда все-таки чаю?
— Нет.
— Ну тогда иди, мне надо подумать.
— До свидания, господин.
— Ага-ага… — дождавшись, пока за молодым магом закроется дверь, Савойн крикнул в пространство, — Оливия!
— Да, господин? — Из боковой двери выглянула растрепанная голова в толстых очках.
— Никого ко мне не пускай сегодня больше.
— Что-то случилось?
— Надо подумать.
— Хорошо, господин.
Кабинет был пуст, а окно распахнуто. Савойн Листер сидел на пологой крыше академии, где предусмотрительно был расстелен небольшой коврик, и думал. Его лицо выражало то тревогу, то радость, то сосредоточение мыслей. Ректору лучшей в Кристории академии магии в этом году исполнялось восемьдесят девять и если его нельзя было назвать самым сильным магом страны, то самым знающим — легко. И теперь ему предстояло весь объем своих знаний использовать для одной-единственной цели: понять, стоит ли свеч та азартная игра, в которую он уже почти начал играть. Ведь, он знал, цена проигрыша была невероятно велика.
«Не сказалось…
Великая магия… могу ли я взять на себя такую ответственность?
Что Пауль тогда сказал? Минимум двадцать? Минимум… это где-нибудь в четыре раза больше, чем у высокого таланта. Восемь… нет, девять. Девять лет. К окончанию академии он будет сильнее большинства учителей. Единственная фора взрослых — опыт, но с его мозгами… может даже хорошо, что он псионик?
Черт! Малыш, если бы не твоя выходка на приеме — я бы ни секунды не раздумывал! Но теперь… а тогда было семь… если он сорвется, а меня или кого-то из старших не будет рядом, его же никто не удержит! Хех… девятилетка ставит меня в такое положение! И смешно и страшно.
С другой стороны, он ведь тогда сестру защищал. Не на абы-кого кинулся. А если ее вдруг на тренировке ранят?
Ох, за что мне на старости лет такая напасть? Десятый десяток скоро, мне бы мирно доживать век и дописывать работу по магии погоды, но нет! найдется мелкая сопля и перевернет спокойные дни старого Савойна…
Еще одного высшего что ли попросить помочь? Ласс вроде свое обучение почти закончил, а значит одну позицию можно будет снять…
Тогда кого? Фестис сразу нет — не хочу в своей академии быть младшим… дочка его не согласится от короля отойти. Знал бы ты, Гатис, что в тебя втрескался пятидесятисемилетний высший маг! Да уж, любовь — штука непредсказуемая…
Погодите, а что я особо думаю? За псиоником псионик и должен следить! За одно, глядишь, малец чему-нибудь научится. Душа-душой, а шестьдесят лет опыта — это не хухры-мухры. Тогда решено, поговорю с Там-Тамом на приеме в этом году, он как раз обещал быть…
А еще…
Да, не хорошо, если он будет расти совсем без соперников».
— Ваше величество. — Тронный зал дворца Кристории предназначался лишь для торжественных мероприятий и приемов иностранных делегаций. Обычные вопросы король решал в своем личном кабинете, достаточно богато убранном, но все-таки слишком блеклом на фоне трона кровавого древа и других прелестей.
— Савойн, — Гатис явно был удивлен и не слишком обрадован неожиданному визиту, но, тем не менее, отложил очки. — Прошу, заходи. Что тебя привело ко мне?
— Новость, просьба и предложение, Ваше величество. — Высший маг мог не соблюдать весь протокол при общении с королем, но старик, что странно, предпочитал формальный стиль.
— Прошу, говори.
— Новость в том, Ваше величество, что в этом году известный нам обоим мальчик будет поступать в магическую академию, — все недовольство правителя как ветром сдуло. Он как никто другой понимал важность для страны мага такой силы. — Я уже позаботился о том, чтобы он попал ко мне.